Новинки книг

Покорение Огня. Глава 7

Глава седьмая

 

Тот факт, что Глун не наколдовал портал сразу же, а поманил в гостиную, никакого удивления не вызвал. Я была слишком занята собственными переживаниями, чтобы обратить внимание на подобную мелочь.

Я! Дарья Андреевна Лукина! Уроженка свободного мира и свободной страны! Девушка не лишенная принципов и чувства собственного достоинства! И всерьёз задумалась о роли любовницы какого-то шпиона… Ужас. До чего я докатилась?

Объятая этими мыслями, я вышла в гостиную, и лишь оказавшись где-то посередине комнаты, сообразила, что происходит нечто странное. Дело в том, что Эмиль, равно как и вчера, приблизился к зеркалу, стукнул по стеклу и позвал:

– Крак!

А примерно через полминуты из зеркала донеслось:

– Готово.

Вот только после этого Глун вернулся ко мне, а воздух прорезала вертикальная огненная молния. Я же, наконец, поймала столь упорно ускользавшую мысль: с доступом на телепортацию какие-то проблемы.

Шаг, и мы с Эмилем очутились на залитом тусклым осенним солнцем чердаке, а мимо, едва не сбив с ног, прошмыгнул Кузьма. Ушастый лис, упорно мнящий себя котиком, спрятался за диваном, и покидать убежище точно не собирался.

Впрочем, стоило мне поймать взгляд Глуна, направленный в ту сторону, настроения Кузи стали более чем понятны. Даже мне спрятаться захотелось, чего уж говорить о такой маленькой животинке?

– Что у вас стряслось? – аккуратно вывернувшись из объятий декана, спросила я.

Взгляд Глуна тут же стал нормальным, даже ласковым. И голос прозвучал более чем миролюбиво:

– О чём ты, милая?

Мм-м… понятно.

Подумав, я решила, что влезать в мужские разборки не стану. Однако повод обратиться к Кузе у меня всё-таки был, равно как и повод просить Эмиля не уходить прямо сейчас.

– Подожди минутку, ладно? – обратилась к «фон Штирлицу» я. Сама же развернулась и поспешила к «котику».

Твир действительно прятался, но точно не из страха. Кузьма сидел за диваном с самым важным, прямо-таки царским видом. Вот и меня как царь встретил – одарил мимолётным взглядом и снисходительно кивнул ушастой головой.

Мм-м… да. Теперь понятно, что ничего не понятно. Ну да ладно, разберёмся со временем. А в данный момент куда важней другое…

– Кузь, можешь ту брошюру по смешанной магии из пространственного кармана достать? – попросила я.

«Котик» тихо фыркнул, но тут же встал и исчез, чтобы практически сразу появиться снова, держа в зубах тонкую книжицу, уведённую мной из подземной библиотеки.

– Спасибо, малыш, – искренне поблагодарила я и, забрав брошюру, поспешила обратно к Эмилю.

Книгу передавала в полной убеждённости – не оценит. Ведь Глун стихийник уже обученный, а под видавшей виды обложкой изложены основы. Однако норриец повёл себя совсем не так – он заметно удивился, а в следующий миг я оказалась в капкане сильных рук.

Декан целовал медленно и напористо, словно я против. А я снова таяла и мысленно ругала себя за эту слабость.

Блин блинский! Вот зачем я в него влюбилась, а? И какого чёрта столь бурно реагирую на любую, даже самую незначительную ласку?

Наконец, Эмиль от моих губ оторвался, выдохнул в самое ухо:

– Спасибо, милая. – А поймав недоумённый взгляд, улыбнулся и пояснил: – Это один из ценнейших научных трудов по смешанной магии. Тут, если верить слухам, изложены несколько принципиально важных элементов, на основе которых можно восстановить значительный пласт стихийных заклинаний.

Эм… По слухам? Восстановить?

– Увидев ту библиотеку, я сразу понял, что в ней может содержаться нечто подобное, – продолжил шпион имперский. – И убил несколько часов на поиски. Тем, что нашел, вполне доволен, но это… это предел мечтаний, Даша.

Я нахмурилась и помотала головой. Ничего не поняла. Глун снова спускался в то подземелье? Но ведь там пожар был!

– А разве библиотека не сгорела? – спросила уже вслух.

– Часть книг была защищена заклинаниями, – пояснил Эмиль. Потом отстранился, осмотрел брошюру и добавил: – Но эта бы сгорела непременно. Кстати, а зачем ты её забрала?

– А с чего ты взял, что книга из подземелья? – нахмурилась я.

Эмиль подарил весёлый взгляд и задал риторический, в общем-то, вопрос:

– А откуда ещё?

Блин. Ну да. Других сокровищниц поблизости, увы, не обнаружено.

– Я взяла её ещё в тот раз, когда мы с Кастом и Дорсом провалились. Думала, там что-нибудь из практики по магии Огня найти.

Декан улыбнулся, но тут же прищурил синие очи и сурово поджал губы, даже не намекая, а сообщая открытым текстом, чтобы о практике и не мечтала. Тем более сейчас, когда мой уровень контроля за уровнем силы не поспевает.

– Что ты имел в виду, когда сказал, что если верить слухам, то…

– Нет, Даша, – перебил фон Глун. – Не сейчас.

Я подумала и кивнула, но тут же задала другой вопрос:

– Эта библиотека Радеру Первому принадлежала?

– Полагаю, что да, – отозвался Эмиль.

А через миг в воцарившейся тишине прозвучало:

– Не-ет. Радер не при чё-ём.

Мы с Глуном дружно замерли, потом столь же дружно повернулись на писк и застыли опять. А выбравшийся из укрытия твир плюхнулся на попу и заявил с самым серьёзным видом:

– Радер не при чё-ём. Библиотеку Родем стро-оил.

– Родем? А это кто? – не постеснялась уточнить я.

– Внук Радера, – пояснил Эмиль и решительно шагнул к Кузьме.

«Котик» не дрогнул. Наоборот – приосанился и исполнился невероятной важности. А на хмурый вопрос «откуда знаешь?», фыркнул и только.

– Погоди, ты здесь со времён Родема живёшь? – спросил декан огненного факультета.

– Не-ет. Со времён Радера, – задирая нос, сообщил Кузя. – А библиотеку Ро-одем строил.

На чердаке вновь стало очень тихо. Не знаю, о чём думал Глун, а лично я просто прифигела. Это ж сколько моему «маленькому» твиру лет, если он основателя замка помнит? Может зря я его… ну фактически за ребёнка держу? Может мне его по имени-отчеству называть? И от работы по дому освободить, как пенсионера?

– А что ещё тебе известно? – присев на корточки, осведомился норриец.

– А что на-адо? – Вмиг нахохлился лис.

– Расположение узла первой системы безопасности. Система сейчас неактивна и найти её обычными способами невозможно.

– У… – сообщил «котик» вставая и отходя от Глуна подальше. Иллюзий насчёт осведомлённости твира не осталось совершенно.

– Мелкий, – прицыкнул Эмиль беззлобно. – Мелкий, я не шучу.

– А что мне за это бу-удет? – поинтересовался «котик».

Эмиль был спиной, так что выражения его лица я не видела, но почудилось, что мужчина закатил глаза.

– А чего хочешь? – ровно спросил он.

– Эм… – протянул Кузьма. На мордочке отразился очень серьёзный мыслительный процесс. – Эм… Ну, наверное, са-ала… – Твир снова задумался, чтобы тут же привстать на задних лапах и широко развести передние. – Стока!

– Хорошо.

– И шокола-а-ад, – резко нашелся «котик».

– А шоколада сколько? – в ласковом голосе Глуна появились нехорошие нотки.

Кузьма ответил не сразу…

– Мно-ого. Больше, чем са-ала.

– Ладно, – выдержав паузу, достойную самого прижимистого бизнесмена, сообщил Эмиль. – И ты покажешь на карте.

Твир бодро тряхнул ушами-локаторами, а норриец поднялся в явном намерении телепортироваться к себе, подозреваю, что за той самой картой. И даже пальцы в магическом жесте сложить успел, прежде чем остановиться и сказать кое-что ещё.

– И постоянный доступ на этот чердак.

– У… – протянул Кузьма скептически. Мигом отошел ещё дальше и притворился, будто его тут вообще нет. Спустя ещё секунду прозвучало уже слышанное: – А что мне за это бу-удет?

Эмиль вздохнул очень глубоко, очень шумно. Потом сложил руки на груди и произнёс не самым добрым тоном:

– Вообще-то, я не веду переговоров с шантажистами.

На усатой мордочке отразилось сперва недоумение, потом растерянность, а следом… самое неподдельное возмущение.

– Я не шантажи-и-ис, – протянул Кузьма. И пояснил, делая честные глаза: – Я коти-и-и.

– Ты себя в зеркале видел? – парировал бывавший на Земле Глун. А через миг добавил ровно, но веско: – Хитрая лисья морда.

Твир от такого заявления аж подпрыгнул.

– Я коти-и-и! – выпалил он гневно. – Коти-и-и!

– Шантажист, – припечатал Эмиль.

Мне пришлось закусить губу, но увы – не помогло, всё равно захихикала. И направилась к шкафу, чтобы взять свежую одежду и спрятаться в ванной. Просто поняла – если опоздаю на завтрак, то помру от голода прямо на занятиях. Уж слишком насыщенной и энергозатратной оказалась минувшая ночь…

 

Несмотря на спешку, в столовой я очутилась под самый занавес. Подавляющее большинство студиозусов уже покончили с едой и покинули большой зал. Того, кого мне хотелось поймать и придушить, тоже, увы, не обнаружилось. Равно как и лапочки-Дорса.

Но я не расстроилась. Просто схватила поднос, торопливо рассказала стоявшей за прилавком женщине, что именно хочу съесть, и уже через две минуты сидела за ближайшим столиком и активно жевала. По сторонам, в виду занятости, не глядела, но кое-что особенное всё-таки заметила…

Первое – это мантии «синих». В последние дни большинство водников носили форму «с вентиляцией», а сегодня все присутствовавшие в столовке студенты вражеского факультета были одеты с иголочки. Тот факт, что на эти обновки ушла и моя стипендия тоже, заставил обиженно фыркнуть.

Второе – это Селена. Шатенка с кукольным личиком и змеиным характером сидела в окружении подруг и выглядела ещё более печальной, нежели вчера. Однако когда заметила меня, грусть резко исчезла – воздушницу буквально перекосило от злости.

Но заморочиться на поведении Селены возможности у меня не было – не успела я подняться из-за стола и отнести поднос с грязной посудой, как прогремел звонок.

И вот тут-то я сообразила! И вот тут-то до меня дошло… Что сегодня пятница, а, значит, первый в расписании предмет – «Теория боевой магии», которую ведёт не кто иной, как куратор нашего курса и декан факультета по совместительству.

Бли-ин!




С места я сорвалась резче, чем болид «Формулы-1», пулей пролетела через общий зал, стрелой промчалась по трём лестницам и одному коридору. И встала, словно вкопанная, у двери в аудиторию. Занятие, чтоб ему пусто было, уже началось.

Желание прогулять? Да, возникло такое. Но я выдохнула, расправила плечи и осторожно потянула на себя створку.

И тут же услышала:

– Ну надо же. А мы уже не надеялись… – В голосе Эмиля фон Глуна звучали знакомые ядовитые нотки. – Входите, Дарья. Не стесняйтесь.

Лицо мгновенно опалило жаром, но я действительно не застеснялась и порог аудитории всё-таки переступила. Глун, свежий и бодрый, стоял возле кафедры и невозмутимо взирал на меня. А сокурсники… сидели и старательно что-то строчили, причём не в тетрадях, на отдельных листках.

– А у нас тут самостоятельная работа, – пояснил очевидное Эмиль. И добавил, с особо-ехидной интонацией: – Зачётная, кстати.

Захотелось взвыть! А потом сказать что-нибудь резкое, и при этом остроумное. Но увы, все мои силы уходили на то, чтобы не улыбнуться в ответ на этот цирк.

Вот ведь зараза! Нет, понятно, что на людях он обязан вести себя как всегда, но после того, что между нами было, воспринимать этот его менторский тон оказалось предельно сложно.

– Для вас, Дарья, у меня тоже листок есть, – продолжил тем временем Глун. – Так что не стойте, проходите. И да, присаживайтесь!

Я, конечно, повиновалась – спешно направилась к привычному месту на первом ряду. Но была остановлена прохладным:

– Нет, не туда. Сюда.

Повернув голову, я увидела, что Эмиль указывает на преподавательский стол, и что туда же кладёт выхваченный из папки лист.

– Садитесь сюда, Дарья, – повторил декан.

А когда я, невероятным усилием подавив желание расхохотаться, приблизилась и села куда велено, продолжил:

– И пишите… объяснительную.

– Какую ещё объяснительную? – не сдержавшись, уточнила я.

– Обыкновенную, – даря лёгкую улыбку, отозвался Глун. – Пишите, почему вы, будучи не самой преуспевающей студенткой, позволяете себе столь возмутительные дисциплинарные нарушения, как опоздания.

Мой шок был не сильным, но искренним. Я едва успела прикусить язык, чтобы не спросить у Эмиля – он совсем офигел или как?

И норриец мою реакцию, разумеется, заметил…

– Пиши-пиши, – наклонившись ближе, шепнул он. – Кстати, вариант «просто проспала» не принимается.

– А как же самостоятельная работа? Вы же сами сказали, что она зачётная.

Глун равнодушно пожал плечами, а в глубине синих глаз вспыхнули яркие озорные огоньки.

– Ты опоздала. Так что самостоятельную будешь писать как-нибудь потом. В другой раз.

Ах вот он как запел! Ну Эмиль, ну зараза… Ладно, я тебе это припомню.

– Что-то ещё? – вырвал из мыслей декан. И такое самодовольство в голосе прозвучало, что у меня вновь щёки вспыхнули. – Что-то неясно?

– Всё ясно, – подарив улыбку, ответила я. Тут же выхватила из бокового кармана сумки шариковую ручку и склонилась над листком.

Вот, значит, как. Значит, мы действительно ролевые игры любим. Что ж, помнится, снился мне однажды очень красочный сон про изучение магических жестов. И пусть это случилось не сегодня, но клянусь – после таких «снов» не опоздать на занятия практически нереально.

И не знаю как вам, лорд Глун, а мне такая версия событий нравится гораздо больше, нежели та, которую вы от меня сейчас ждёте. Вы же хотите про сегодняшнюю ночь, верно? Ну так вот – даже не надейтесь!

Подавив коварную усмешку и закусив для верности губу, я принялась писать про жест «тин» и прочие «невыученные» мною «распальцовки»…

Стыдно? Есть такое! Но он первый начал. И это, чёрт возьми, был вызов! А мы, девушки с Земли, просто так не сдаёмся. Вот не сдаёмся и всё тут!

 

Под самостоятельную работу Глун отвёл половину первого занятия. Мне этого времени тоже вполне хватило, чтобы описать «что, как и почему». Финалом сочинения стали глубочайшие извинения за опоздание и заверения, что сделаю всё, дабы избежать повторения ситуации.

Отдавая Эмилю листок и пересаживаясь на своё обычное место, я отчаянно кусала губы и старательно делала вид, будто сгораю со стыда.

Вот только актёрскую игру никто не оценил. Вернее, сокурсницы и сокурсники сочувствия к иномирянке не испытывали в принципе, а Кэсси… она глядела до того хитро, что оказавшись рядом, я не выдержала и спросила:

– Что?

«Эльфийка» подарила широкую улыбку, и отрицательно качнула головой. Но потом всё-таки не выдержала – придвинулась вплотную и шепнула в ухо:

– У тебя глаза блестят. И у лорда Глуна тоже.

– Глупостей не говори, – беззлобно огрызнулась я.

Кэсси же окончательно сдалась – захихикала.

– Девушки! – тут же вмешался в ситуацию декан. Строгий и неприступный, как скала. – Если вам неинтересна боевая магия, можете покинуть аудиторию!

Рыженькая тут же замолчала, а я уткнулась в распахнутую тетрадь. Но увы, читать лекцию никто не собирался.

– Так… – протянул Глун, усаживаясь за преподавательский стол. – С письменной работой закончили, теперь проведём небольшой опрос. Кто готов рассказать о наведённых ударах?

Я при этих словах внутренне сжалась, понимая, кто именно является главным претендентом «на порку», и уже начала планировать месть, но усугублять ситуацию Эмиль всё-таки не стал. Он мазнул по моему лицу взглядом и тут же отвернулся.

– Ресток, может быть вы?

Парень мгновенно поднялся, чуть прокашлялся и начал излагать. А Эмиль откинулся на спинку стула и подхватил первый из стопки сложенных на краю стола листков. Не надо быть гением, чтобы понять, чью именно «работу» он собирался прочесть.

– Наведённые удары – это удары с конкретно заданной конечной целью. Их главная особенность – нелинейная траектория и способность к преследованию. Проще всего объяснить принцип действия на примере обыкновенного боевого пульсара. Итак…

Парень говорил! Причём говорил хорошо, будто параграф из учебника вызубрил. И, несмотря на то, что я этот параграф тоже знала, более того – уже применяла «наведённые пульсары» на практике, всё равно заслушалась. Это было лучше и гораздо безопаснее, нежели наблюдать за читающим мою объяснительную профессором. Но в какой-то момент любопытство всё-таки пересилило, и я взглянула на Эмиля.

Никакой расслабленности в его позе уже не было – декан сидел подчёркнуто ровно. Зато в остальном, эта была воплощённая невозмутимость! Он читал мою объяснительную с таким лицом, будто перед ним математический расчёт очередного заклинания. И только если очень хорошо приглядеться, можно было заметить – уголки мужественных губ дрожат.

– В идеале, образ цели, вложенный магом в атакующее заклинание, должен продержаться ровно до момента встречи заклинания с выбранным объектом, – продолжал вещать Ресток. – Но так бывает далеко не всегда. Здесь всё, в большей степени, зависит от силы атакующего. Чем сильнее маг, тем дольше держится образ. Так же влияние имеет сложность заклинания и расстояние до объекта.

Всё. Ресток закончил, и аудиторию затопила тишина. Но Глун внимания не обратил, по-прежнему читал, и что-то подсказывало – уже не по первому разу. Он очнулся лишь тогда, когда вызванный для «допроса» студент кашлянул и окликнул:

– Профессор?

Эмиль не вздрогнул, нет. Он просто оторвал взгляд от листка, глянул на Рестока и чуть нахмурился.

Спустя ещё минуту в гробовой тишине лекционного зала прозвучало:

– Извините, Ресток. Я отвлёкся. – И спустя ещё полминуты: – Будьте добры, повторите всё, что вы только что сказали.

С этими словами, Эмиль снова уткнулся в «объяснительную», а парень замер в растерянности. Реакция огневика была закономерной – уж где, а на занятиях, которые вёл Глун, подобного никогда не случалось.

– Ну же, Ресток, – не отрывая взгляда от листка, поторопил декан.

Парень кашлянул и начал повторять.

– Наведённые удары – это удары с конкретно заданной конечной целью. Их главная особенность…

Всё. Слушать Рестока я больше не могла. Просто сидела и смотрела на Эмиля, который точно уже не читал, а перечитывал. Уголки его губ действительно дрожали, а в глазах таилось нечто непонятное, но безумно притягательное.

– Пульсар с наведённым ударом движется по прямой лишь в том случае, если цель статична и преград между ней и пульсаром нет, – вещал парень, но до меня долетали лишь обрывки фраз…

Во всех остальных случаях происходит…

Движение по траектории…

Образ цели, вложенный магом в атакующее заклинание…

Сложность заклинания и…

Когда сокурсник договорил, а в аудитории снова воцарилась тишина, лорд Глун аккуратно сложил листок вчетверо и убрал его в одну из двух папок, с которыми обычно являлся на занятия. И только после этого поднял голову и взглянул… нет, не на Рестока, на меня.

– Дарья Андреевна, а вы неплохо пишете, – совершенно обыденным, предельно ровным тоном сказал он. – О карьере литератора никогда не задумывались?

Я помотала головой, потом всё-таки нашла в себе силы ответить:

– Нет, лорд Глун. С некоторых пор я мечтаю о карьере мага.

Браво мне! Голос прозвучал ещё ровней, чем голос Глуна.

– Жаль, – отозвался Эмиль. И тут же пояснил: – Это я не про магию, про литературу. У вас неплохо получается. Может быть в качестве увлечения? Как говорят у вас на Земле – хобби?

Увы, тут я с ответом не нашлась, а декан добил:

– Я бы почитал.

И всё! Вот теперь шпионская выдержка дала сбой! Губы Эмиля дрогнули в совершенно нереальной, почти мальчишеской улыбке. И пусть длилось это всего долю секунды, но, чёрт возьми, эту улыбку вся аудитория видела.

Но дальше было хуже…

Декан окинул пространство привычным строгим взглядом и в определённый момент запнулся. Спросил, не скрывая удивления:

– Ресток? Вы почему стоите?

– Эм… – ответил парень.

А Эмиль фон Глун нахмурился, но тут же как будто вспомнил. Потёр переносицу и произнёс:

– Ах да, вы рассказывали нам о структурных особенностях жидкого огня…

– О наведённых ударах, – после очень долгой паузы, решился поправить Ресток.

– Да? – Тон Глуна растерянности не предполагал, но было совершенно ясно в каком декан состоянии. –  Что ж… В таком случае… Будьте добры повторить.

Новая волна тишины была не гробовой, а прямо-таки космической! Словно мы в вакууме оказались. Понятия не имею, чем бы всё это закончилось, если бы не Эмиль.

– Ну же, – с нажимом сказал он. В голосе прозвучали стальные нотки. – Не задерживайте аудиторию, Ресток.

Это было убийственно, но парень действительно повторил. Вот только теперь его не слушал никто, кроме самого Глуна. Я же сидела и понимала – пропала! Окончательно и бесповоротно потерялась в этом суровом норрийском обаянии.

Вот зачем он так со мной, а?




А сама? На кой чёрт описала в объяснительной записке тот сон?

Ах да… Меня лже Глун спровоцировал. Но блин!

Нет, я решительно ничего не понимаю. И понятия не имею, как вести себя дальше.

 

Остаток учебного дня прошел как в тумане. Я посещала лекции и семинары, слушала-отвечала-записывала. Ещё стоически сносила пристальные взгляды сокурсников и в кои-то веки искренне радовалась тому, что я – изгой.

Дело в том, что народ откровенно изнывал от любопытства, но в виду последних событий, в частности выступления Селены, которое произошло после нашего возвращения из ловушки Фиртона, подходить не решался. Единственной, кто не постеснялась пристать по-настоящему, была Велора.

– Даша, что ты там написала? – при каждой возможности шептала сокурсница. – Что такого особенного…

Я, ясное дело, пожимала плечами и «раскалываться» не собиралась. Кому надо – спрашивайте у самого Глуна. А я тут совершенно не при чём!

Кэсси, у которой было куда больше шансов добиться правды, тактично не вмешивалась. Зато улыбалась «эльфийка» предельно хитро. Но я переубеждать не спешила.

Да и вообще! Какое мне дело до этого всего?

То есть мне действительно было совершенно пофиг. Правда, нашелся момент, который всё-таки расстроил – из-за своего мечтательного состояния, я упустила отличную возможность поймать короля нашего факультета. Просто не успела среагировать, когда Каст на горизонте появился.

Это случилось перед обедом…

А после обеда, когда я, в числе прочих первокурсников факультета Огня, возвращалась в учебное крыло, ещё одна неприятность произошла. В большом зале мы всем своим студенческим кагалом напоролись на ректора.

Но встреча с господином Коргримом была мелочью в сравнении с тем, что шел старикан в сопровождении ещё одного крайне неприятного мне типа – воздушника с серебряными волосами. Того самого лорда Дербиша.

Я, завидев воздушника, слегка напряглась, а тот, хоть и приглядывался к толпе в алых мантиях, меня точно не заметил. На том и разошлись.

Но через пару минут, я об этой встрече забыла… Просто, когда свернули к учебному крылу, ко мне снова подскочила Велора и прошептала требовательно:

– Даша! Что ты там написала?!

И в этот раз отмолчаться не удалось, пришлось буквально отбиваться…

А потом была последняя пара и звонок, который чуточку отрезвил. Я вспомнила о том, что сегодня пятница, а за ней выходные. Вот только радость, вспыхнувшая в сердце, тут же погасла. Толку от этих выходных? Я же практически под арестом.

Нет, прямых указаний не покидать Академию Стихий «лорд Штирлиц» не давал, но совершенно ясно, как он отреагирует, если уйду.

Вот только тратить оба выходных на учёбу совершенно не хочется. Понимаю, что учёба – задача первостепенная, но блин! Корпеть над книгами вечером в пятницу тоже отказываюсь. Что угодно, только не это.

Но чем в таком случае заняться?

Идея пришла внезапно и вызвала лучистую улыбку. А не сходить ли мне в гости к Дорсу? Ну и что, что перемирие между нашими факультетами закончилось. Я не все! Мне в общагу «синих» очень даже можно.

Именно с этими мыслями я подхватила сумку и поспешила прочь из аудитории. И слегка опешила, встретив короля водников буквально тут же – Дорс подпирал стенку напротив двери.

– Привет ещё раз, – сказал парень, едва я приблизилась. После чего вытащил из кармана мантии ключ с «биркой» и, кивнув в сторону лестницы, добавил: – Идём?

Я удивлённо изогнула бровь, намекая, что ничегошеньки не поняла. А «синий» подарил лёгкую улыбку и спросил:

– Как? Разве лорд Глун тебе не сказал? – И после отрицательного кивка добавил: – Мы, Дашунь, медитировать будем. То есть ты медитировать, а я следить.

Моё удивление никуда не делось, даже наоборот, но продолжать разговор водник не собирался – ловко подхватил под локоть и потянул в сторону лестницы.

– Блин, Дорс… Сегодня пятница! Я так надеялась…

– Ага, – перебил парень. – Я тоже о другом мечтал, но тут пришел Глун и всё испортил.

– Как, впрочем, и всегда, – пробормотала я, не сдержавшись.

Оспаривать это утверждение Дорс не стал – глупо переть против истины. Мы молча спустились на первый этаж, прогулялись по очередному коридору, и скоро оказались в просторном тренировочном зале, сильно похожем на тот, который я посещала раньше. То есть, по большому счёту, отличие было лишь одно – огромное, ещё целое, зеркало.

Так. Стоп. А причём тут Дорс?

– Буду тебя страховать, – ответил на невысказанный вопрос «синий». – Гасить пульсары, если таковые появятся.

С этими словами, блондин бодро шагнул к скамейке, поставил сумку и начал избавляться от форменной мантии. Я тоже локальный стриптиз устроила и сразу же направилась в угол зала, где складировалось несколько матов.

А когда разобралась с матом и села в позу бесконечно далёкую от «лотоса», опять на друга покосилась. Ясно, что он полубог, но как-то сомнительно, что подстраховать сможет. Ведь для магии Воды обязательно нужен носитель, а сосудов наполненных водой тут не наблюдается, ну не считая фляги, висящей на поясе Дорса. Но объём фляги как-то не впечатляет.

– Эм… Дорс, а ты уверен?

Король «синих» в ответ на моё замешательство радостно оскалился и подтолкнул:

– Давай, не дрейфь.

Я дрейфить и не думала, но и в транс впадать не торопилась – просто любопытно было, что станет делать Дорс. А он спокойно отвинтил крышку фляги, даже не сняв ту с пояса, и замер, горделиво сложив руки на груди.

В этот миг я поняла – нет, так не пойдёт.

Вскочила, встала в первичную боевую стойку, и заявила:

– Давай, показывай.

А через миг призвала крошечный, самый слабенький пульсар!

Угу. Глун, конечно, говорил, дескать у меня теперь всё бесконтрольно и вообще, но пульсар получился именно таким, каким хотелось. Более того, он полностью мне подчинялся – метнулся к Дорсу, но замер по первому моему желанию. Ну а сам Дорс…

«Синий» сложил пальцы в магическом жесте и вскинул руку. По его велению, из фляги вырвался водяной жгут. Резкий выпад, и жгут устремился к пульсару в явном намерении поглотить, но я была не согласна.

Отскочила и почти бессознательно отвела огненный шар в сторону. Водяной жгут ринулся, было, за ним, но я свой огонёк опять «подвинула». К этому моменту находилась уже не в десятке шагов, а на противоположной стороне зала, и отлично понимала, что зря парилась, вытаскивая мат. Уж чего, а медитации сегодня точно не будет.

– Если Глун поймает за этим занятием, – протянул водник хитро, – то мы трупы.

Я задумалась на миг и повернулась к зеркалу.

– Кракозябрище! Кракозябр, вылезай.

Кшерианец не проявился, конечно, но исполненный недовольства голос мы услышали:

– Что?

– Нам нужна твоя помощь.

– Издеваешься? – прозвучало в ответ.

– Зяба, не ворчи, – с улыбкой заявила я. – Понимаю, что ты занят, но так и свихнуться недолго. Давай, отвлекись. Помоги несчастным студентам.

– Ну и что вам нужно? – после некоторой паузы спросил Зяба.

– Услуги сторожа. Ты можешь одним глазком присмотреть за профессором Глуном? И предупредить, если он направится сюда?

– Хм… – отозвался монстр.

– Присмотреть за Глуном? – вмешался в разговор Дорс. – А я думал, Кракозябр его избегает.

Пришлось «пояснять»:

– Они познакомились, и теперь всё немного проще.

– Кстати… – протянул Дорс. – Ведь это он, кшерианец, привёл Глуна на помощь?

Я тихонечко застонала.

Бли-ин… Ловушка Фиртона. Дорс, в отличие от Каста, в отключке был и много не видел. То есть в наличии ещё одна порция секретов, и я понятия не имею, могу ли их раскрыть. Дорс – друг, но секреты-то не мои!

– Я в курсе, что Глун стихийник, – решил мою внутреннюю дилемму парень. – Собственно, мне Каст обо всём рассказал. Но в одном мы не уверены – как Глун нас всех нашел?

Можно было сказать всю-всю правду, но я пришла к выводу, что это несущественно. Поэтому озвучила лишь суть:

– Всё верно, его привёл Кракозябр.

– И что дальше? – проявил закономерное любопытство водник. – Как Глун на этого твоего шпиона среагировал?

Нет, я всё-таки не выдержала – состроила страшную гримасу и взмолилась тихонько:

– Дорс, давай не сейчас? Однажды, я всё-всё вам с Кастом расскажу, но…

– Ого! – перебил Дорс. – Неужели Каст прощён?

– Нет. Но после того как поймаю и четвертую, прощу обязательно.

Блондин радостно оскалился, давая понять, что тема закрыта и всё без обид, я же опять к призраку обратилась:

– Ну так что? Поможешь?

Зяба тяжело вздохнул и ответил после паузы:

– Знаешь, ты, пожалуй, права. Мне действительно развеяться нужно. Так что да, присмотрю за твоим… эм… за вашим деканом.

Новая улыбка Дорса чётко свидетельствовала о том, что оговорку он услышал. И хотя мнение водника насчёт нас с Эмилем было давно известно, я поспешила увести диалог в безопасное русло.

– Кстати, Дорс! А почему вы не предупредили про уровень контроля?

– Я был уверен, что тебе прыщ скажет, – пожал плечами блондин.

Я как раз отступала, чтобы занять удобную позицию, и слегка, но споткнулась. Сказала совершенно искренне:

– Дорс, не называй моего брата прыщом.

– Прыщ! – тут же повторил «синий», явно обрадованный возможностью позлить этим прозвищем уже не только Каста, но и меня.

Вступать в словесную перепалку я не стала – просто выдохнула и призвала пульсар.

 

Следующая глава —>

Мы ВКонтакте
Разное