Новинки книг

Покорение Огня. Глава 4

Глава четвёртая

 

Страх? Нет, страха я не испытала, только напряженность. Мои спутники тоже не стушевались – выпрямились, сжали кулаки. Каст решительно шагнул вперёд, загораживая нас с Леррой, и замер в ожидании. Мы с красноволосой тоже застыли, и закономерно уставились на проём, который выводил на лестницу.

В наступившей тишине, звук шагов, доносившихся с той самой лестницы, был до неприятного чётким, но напрягло другое. А именно то, что, несмотря на прозвучавшее «мы» по ступеням только один человек спускался.

Ну а когда в проёме появился Дорс, я искренне растерялась. Водник в самом деле был не один, просто… второй человек находился в отключке. Он, а точнее она, мешком висела на плече блондина.

Да, именно она! Уж что, а женскую жреческую одежду я узнать в состоянии!

А когда водник аккуратно сгрузил тело на пол и усадил, прислонив спиной к стенке, я узнала и саму жрицу. Перед нами была Шанарин.

– Ого… – выдохнула Лерра.

Дорс скривился, давая понять, что удовольствия от ситуации не испытывает. А Каст полюбопытствовал:

– И чем это её?..

– Кулаком по голове, разумеется, – вновь скривился «синий». И пояснил: – Магия-то мне сейчас недоступна, вот и пришлось.

Повисла пауза. Кажется, ни Лерра, ни Каст, ни сам Дорс, собираясь в храм, на встречу с кем-либо не рассчитывали, а слова о «карауле», брошенные воднику, были, в общем-то, шуткой.

А ещё было совершенно очевидно, что Дорс чувствует себя предельно неудобно…

– Вообще-то я не бью женщин, – подтверждая мою мысль, сказал парень. Нервничал, и сильно. – Но что мне было делать, когда эта… на лестнице появилась? Гхарн! Да что ей вообще в такой час тут понадобилось?

– Она старшая, – пояснила Лерра. Девушка явно определила статус Шанарин по каким-то внутренним, только жрецам понятным, признакам. – И причин у неё может быть множество.

– Неважно, – включился в разговор Каст. – Правильно, что оглушил. Только одно скажи – она тебя видела? Опознать сможет?

– Нет. Она не ожидала встречи, так что нападение было внезапным. А лицо я плащом прикрыл.

В подземном зале вновь воцарилась тишина, только пламя, которое после ритуала в чаши светильников возвратилось, тихонько потрескивало.

А потом рыжий сказал:

– Лицо этой женщины кажется мне знакомым.

– Ты мог видеть её в академии, – помедлив, сообщила я. Каст подарил удивлённый взгляд, я же пояснила: – Это та самая жрица, которая меня к танцу огня готовила. И которая, кстати, натравила на меня Аркану.

– Ах да! – воскликнул пижон. – Шанарин…

Дорс заметно расслабился.

– Та самая тварь, с которой всё началось? – спросил он. – Мм-м… Такую женщину я ударить могу. Кстати, Каст, а почему она до сих пор в старших жрицах ходит? И почему не поплатилась за тот случай?

– По недосмотру, – буркнул король нашего факультета и стремительно развернулся к статуе Ваула. Через миг в тишине подземного зала прозвучало: – Отец, ты слышал? Твои жрицы совершенно обнаглели. А эта… – пижон указал на бесчувственную Шанарин, – спровоцировала моё разоблачение. Нас всех чуть не убили из-за неё!

Всё. Рыжий замолчал. В сущности, он не требовал для женщины наказания, просто ставил бога в известность, но его тон был до того жестким, что я поёжилась. А в следующее мгновение невольно отступила на полшага, потому что лицо золотой статуи, восседающей на троне, дрогнуло. Нет, статуя не ожила, но я видела, как расширились ноздри и сжались губы.

Никаких слов не прозвучало, ситуацию никто не пояснял, но в глубине моей души вспыхнуло очень чёткое ощущение – всё, капец Шанарин. Полный и всеобъемлющий.

Наверное, в этот миг я должна была ощутить ещё и сочувствие, но его не было. Желания попросить огненного бога выбрать приговор помягче, тоже не возникло. Зато вспомнились слова лорда Глуна о том, что во мне слишком силён гуманизм, и губы растянулись в печальной улыбке.

Дорогой Эмиль, вы, как показала практика, ошиблись. Или это Полар так меня испортил? Чёрт… а может я просто поумнела?

Нет, не знаю. И биться над этой загадкой, честно говоря, не хочу.

– Так, всё. – Оборвал напряженную паузу голос Лерры. Не слишком мягкий и о-очень деловой. – Одеваемся и уходим. – И уже тише, но так что все услышали: – Пока нам кто-нибудь ещё не встретился.

 

В этот раз я делила диванчик не с Дорсом, а с Кастом. Причём сама попросила рыжего сесть ближе. Просто меня такие странные чувства по отношению к нему обуревали, так хотелось прикоснуться, почувствовать его тепло…

С самим Кастом явно творилось нечто похожее, и как только карета тронулась, рука парня оказалась на моей талии. Но этот жест был неуловимо иным, не таким, как прежде. Сейчас всё было правильно.

Я привалилась к плечу рыжего и счастливо улыбнулась. Но тут же нахмурилась и навострила ушки. Дело в том, что в карете было совершенно темно, и в этой непроглядной тьме раздался странный шорох и звук возни. Причём с соседнего диванчика – того самого, на котором водник и Лерра сидели.

Ещё миг, и пространство озарилось рыжеватым светом – это Каст пульсар зажег. И вместе с этим прозвучало ровное, но не слишком доброжелательное:

– Эй!

Вот только переполошился мой новоявленный брат совершенно напрасно – причина странных звуков заключалась в том, что Дорс доставал из-под сиденья бумажный пакет.

– Вы как хотите, но дело это нужно отметить, – с хитрой улыбкой сообщил зеленоглазый. После чего извлёк бутылку тёмного стекла, сбил пальцами металлическую крышку, и протянул бутылку мне.

Носа коснулся до боли знакомый аромат…

– Пиво? – уточнила я.

– Угу, – радостно ответил водник.

Каст приободрился и пока Дорс открывал пиво для Лерры, сунул руку в пакет и поухаживал за собой сам.

– За вас, – поднимая бутылку, сказала жрица.

Я отрицательно качнула головой и поправила:

– За нас.

Народ спорить не стал, а пространство наполнил истовый звон – чокнулись мы так, что чуть бутылки не побили. После чего пульсар погас, и мир опять погрузился во мрак, а я причастилась поларского пива. Оно оказалось отдалённо похожим на наше, и очень даже вкусным.

Я пила скромно, а сидящий подле меня рыжик, судя по булькам, сразу полбутылки оприходовал. А потом шумно выдохнул и, крепче прижав меня к своему боку, объявил:

– Сестра! – И после недолгой паузы: – Вот кто бы мог подумать?

Глотнув пива, я показала темноте язык – не из вредности, а так… просто смутилась чуть-чуть, и немного растерялась. Но смущение не помешало слегка подколоть:

– Братишка…

– Брат! – наигранно-важно поправил пижон.

А я опять не удержалась, сказала ласково-ласково:

– Братишечка!

– Ы! – прокомментировал ситуацию Дорс, а Лерра тихонько засмеялась.

Когда же карета вырулила на широкую, освещённую улицу, а окружавшая нас тьма сменилась серостью, до меня вдруг дошло…

– Погодите. Если Каст мне брат, то Ваул теперь…

Договорить я не смогла, но меня и так поняли.

– Ну в какой-то степени да, – сказал рыжий.

Честно? Я подобных слов не ожидала, и до сознания они дошли не сразу. А следом ещё одна волна понимания накатила: для бога Огня наше с Кастом братание секретом не являлось. Так что на это пусть условное, но всё-таки родство со мной, Ваул был согласен.

Чёрт! Почему?

– Почему огненный бог на это пошел?! – выпалила я.

– А почему бы нет? – парировал Каст. – И вообще, он тут, по большому счёту, не при чём. Это не Ваул, это я с тобой породнился. Отец в курсе, что я уже не ребёнок и сам строю свою жизнь. Да и ты, Дашка, не абы кто.

– Но я иномирянка!

Каста аргумент не впечатлил.

– Ты, прежде всего, маг Огня, – с нажимом сказал он. И добавил уже веселей: – К тому же ты неплохо танцуешь, и вообще забавная.

Не выдержав, я по старой памяти, пихнула Каста локтём. А он засмеялся, сказал:

– Расслабься, сестричка.

Блин! Ведь действительно расслабилась, а следующий вопрос задала уже исключительно из любопытства:

– А твоя мама? Она знает, что ты уже вырос?

Новоявленный братик фыркнул и не ответил, зато Лерра активизировалась…

– Кстати, да! – воскликнула девушка. – Если решите сообщить леди альт Рокан о своей связи, меня не упоминайте. Скажите, что ритуал провела какая-нибудь другая жрица.

Дорс тихонько заржал, а я отхлебнула пива и мысленно возблагодарила судьбу! Просто, если бы сейчас выяснилось, что леди альт Рокан тоже не против, у меня бы разрыв шаблона случился.

– Думаю, мы не станем афишировать наши отношения, – помедлив, сказал пижон. – По крайней мере сейчас.

Я с таким подходом была более чем согласна. О родстве Каста с богом Огня мало кто знает, но всем отлично известно, что рыжий очень силён. То есть, если весть о случившемся просочится, поларцы сразу заподозрят, что моя магическая сила возросла. А оно мне надо? Вот и я думаю, что нет. Пусть сила остаётся в тайне – козыри в рукавах лишними не бывают.

– И ещё, – вновь заговорил Каст. – Дашунь, детка, мне жаль, но ты больше не можешь быть моей девушкой. Нам придётся расстаться.

– О нет… – сделав большой глоток из бутылки, страдальчески протянула я.

– Сам на грани депрессии, – притворно вздохнул… эм… брат. – Тем не менее, нам нужно определиться, кто кого бросил.

Подумав, я пришла к выводу, что уж в чём, а в расторжении наших с Кастом липовых отношений участвовать не хочу. Кто кашу заварил, тому её и расхлёбывать.

– Решай этот вопрос сам, – сказала я.

Рыжий изобразил ещё один исполненный страдания вздох, но спорить не стал:

– Ладно, детка. Уговорила.

Остаток пути мы пили пиво и дружно хихикали по поводу и без. И даже навалившаяся усталость вкупе с дрёмой радоваться жизни не мешала. А я так и вовсе счастлива была! Ведь у нас всё получилось! И есть большая-пребольшая вероятность, что теперь… я смогу ходить на Землю когда захочу. Это ли ни счастье?

 

В общежитие огненного факультета мы вернулись уже втроём – я, Лерра, и мой новоиспечённый братик. Шли осторожно и быстро, так, что любая диверсионная группа позавидует. Когда очутились на последнем этаже башни, моё сердце на миг, но сжалось, ибо подумалось – а вдруг засада? Но коридор был совершенно пуст, то есть операция по наделению иномирянки силой завершилась благополучно.

Остался только один пункт – переставить следящее заклинание с Кассандры обратно на меня. Однако уж где, а тут подлости ждать не приходилось.

Именно с этими мыслями я поднялась по узкой чердачной лестнице и отперла дверь. И наша компания дружно шагнула на тёмный-тёмный чердак.

Кто-то – то ли рыжий, то ли телохранительница – тут же прикрыл дверь, а я хлопнула в ладоши, заставляя вспыхнуть люстру. И в миг, когда тьма развеялась, стало ясно – везение закончилось, пришел капец.

Капец этот сидел в кресле, обращённом к двери. На нём был чёрный шелковый халат, под которым просматривалась чёрная же мужская пижама. Распущенные волосы струились по плечам, руки покоились на подлокотниках, а выражение лица было самым что ни на есть нейтральным.

Да, Эмиль фон Глун смотрел на нашу троицу совершенно беззлобно, но всё равно захотелось попятиться! И пусть я не видела реакцию своих спутников, но точно знала – перепугалась не только я. Кэсси, которая сидела на диване и чьё лицо я видела преотлично, тоже на грани обморока пребывала.

– Явились? – задал риторический вопрос Глун. И добавил тем же, предельно ровным тоном: – Какая прелесть…

– Эм… – прозвучал позади меня голос Лерры. – Эм…

А следом другой, более уверенный и наглый, принадлежащий Касту:

– Лорд декан, мы всё объясним.




– Да? – Эмиль картинно заломил бровь, потом столь же картинно закинул ногу на ногу и принял расслабленную позу. – Ну что ж, объясняйте.

– Эм… – подражая телохранительнице, ответил пижон. – Эм…

Всё. Терпение у настигшего нас капеца кончилось. Он медленно поднялся, сложил руки на груди и, угрожающе сверкнув синими глазищами, процедил:

– То есть с первого раза вы не понимаете, да? И что прикажете с вами делать?

– Эм… – вновь «сумничал» король нашего факультета, я же зажмурилась на миг и выпалила:

– Лорд Глун нам очень жаль. Подобное больше не повторится.

Ответом мне стал молчаливый, но очень выраженный скепсис.

– Клянусь! – в попытке придать своим словам хоть какой-то вес, выпалила я. – Всё было в первый и последний раз!

Я была искренна! Особенно в том, что касается последнего – ведь чего, а повторного братания с Кастом точно не будет. Но в глубине души совсем не надеялась на то, что норриец послушает. Тем не менее…

– Метку обратно верни, – глядя мимо меня, процедил Глун.

– Да, лорд декан, – отозвался новоявленный брат. – Конечно.

Следящее заклинание Каст переставлял под бдительным взглядом синих глаз. Кэсси в этот миг натурально дрожала, меня тоже потряхивало. Зато боевая жрица была спокойна как удав, только в глубине её глаз блестели искорки смеха.

Угу. Конечно! Конечно, будь на месте Лерры я, тоже бы похихикала. Ведь ситуация предельно двусмысленная и вместе с тем дурацкая. Время к рассвету, а Глун тут. Причём в пижаме! И если вспомнить о том, что поводов думать, будто я покинула чердак, у Эмиля не имелось, то… В общем, повод для ржача реально есть, и ещё какой!

Но это мелочь. Дальше было страшней…

Едва с возвратом заклинания было покончено, декан огненного факультета скривился и скомандовал:

– Всё. На выход.

Реплика адресовалась «гостям», и они, разумеется, подчинились. Я же искренне им позавидовала, потому что сам фон Глун покидать моё убежище не спешил. А как только дверь закрылась, норриец повернулся ко мне и, прищурив глаза, спросил:

– Ну и где же вы были?

Чёрт! Что сказать-то? Правду, как-то не хочется — понятия не имею, как он эту правду, да ещё пребывая в столь скверном настроении, воспримет.

– Мы… просто гуляли, – помедлив, сообщила я. Но чёрт! Лучше бы промолчала!

Дело в том, что Глун стоял близко, и едва я открыла рот, к злости, отражавшейся на его лице, добавилось недоумение. Ещё миг, и декан оказался очень близко.

– Ну-ка, повтори, – потребовал он.

Я устала и жутко хотела спать, а ещё пребывала в диком стрессе. Тем не менее, причину настороженности разгадала. И чуть не взвыла! А Глун безжалостно ухватил за подбородок и добавил:

– Хотя нет, можешь не повторять. Просто дыхни.

Я… подчинилась. Да, вот так, запросто. Слишком хорошо понимала, что запах Эмиль уже учуял и выбора, соответственно, нет.

Ну а когда факт моего пьянства подтвердился…

– И для этого вы трое нарушили правила и сбежали из академии? – глядя, как на душевнобольную, поинтересовался Эмиль. – Для того чтобы попить пива?

Быть дурой в его глазах совсем не хотелось, но я всё равно кивнула. И не постеснялась уточнить:

– Не трое, а четверо. С нами ещё Дорс был.

Зачем «сдала» водника? Да так, чтобы не нарушать целостность картины. Ведь что это за «залёт» и без Дорса? Нет-нет, без «синего» нельзя!

– Ах, ну конечно… – протянул Эмиль ядовито. – Как же я сам не догадался…

Мой подбородок декан отпустил и сообщил уже спокойным тоном:

– Ещё одна подобная выходка, и в империю будешь добираться сама. Я не готов взять в компаньонки идиотку. Это сильно повышает риск провала.

В миг, когда мужчина отступил, круто развернулся и направился к выходу, слов у меня не было. Лишь после того как дверь за ним захлопнулась, из груди вырвалось:

– Эмиль, подождите!

Но он не подождал… Попросту не услышал. А я…

Бли-ин! Это надо же было так лопухнуться! Впрочем, ладно. Всё равно прорвёмся. Просто с этого дня стану самой примерной девочкой на свете и злить куратора не буду.

Вот только мне бы ещё понять одну маленькую вещь…

– Зя-яб, – поворачиваясь к зеркалу, позвала я. – Зяб, а по какому поводу наш драгоценный декан сюда приходил?

Удивительно, но на сей раз от меня не отмахнулись.

– Ему показалось подозрительным, что ты спишь на диване, – ответил призрак, проявляясь.

Я недоумённо нахмурилась, переспросила:

– Что?

– Ну ведь Глун знает расположение мебели в твоей комнате, – пустился в разъяснения Зяба. – И он заметил, что ты спишь на диване, а не в кровати. Это показалось ему подозрительным. Он вызвал меня и попытался выспросить что и как. Я честно тебя отмазывал, но Глун не поверил и пошел проверять. И вот итог.

Блин!

– Стоп. Погоди. Как он мог у тебя спрашивать? Ты же зеркало сломал!

– Я не могу проявляться в других зеркалах, – сказал монстр. – Но слышать и говорить очень даже способен.

У… Чёрт.

– А почему Глун взялся проверять мою следилку ночью? – полюбопытствовала я.

– Видимо, не доверяет, – помедлив, озвучил свою версию призрак.

Увы, это было логично. Особенно на фоне дневного происшествия.

– А ты? Ты же видел, как мы возвращались в башню. Почему не предупредил, что тут засада?

– Смысл? – парировал Кракозябр с неудовольствием. – Глун бы всё равно никуда не делся.

– Но мы бы успели придумать оправдание!

Вот тут терпение монстра кончилось.

– Слушай, Даша. У меня схема переселения – это во-первых. Во-вторых, я и так пытался тебе помочь, и сделал всё, чтобы отговорить Эмиля от этого визита. В-третьих, я и так перед целой ротой магов пропалился, ты предлагаешь ещё и этой барышне, приближенной к Совету, сдаться? В-четвёртых, для тебя Глун не опасен. И пятое – вы сами виноваты. Я ясно выражаюсь?

Здравого смысла в словах Зябы было больше, чем хотелось, и я сдалась. И искренне поблагодарила кшерианца за помощь. А он фыркнул и, пробормотав, что кое-кому лучше потратить время на сон, а не болтовню, растворился в зеркале.

И снова Кракозябр был прав! Я не знала, как скоро подъём, но уже понимала – завтра буду трупом. А ещё глаза в самом деле слипались, и ноги уже откровенно подкашивались.

В итоге, наспех умывшись, я разделась и нырнула под одеяло, чтобы практически мгновенно провалиться в глубокую, спокойную черноту.

 

Ожидания оправдались – утром я снова была зомби. А Кузьме пришлось не то что тыркаться носом, а буквально скакать по мне, дабы разбудить. Но маленький «котик» с задачей всё-таки справился, и благодаря его стараниям я даже на завтрак успевала.

Правда, радости этот факт не внушал – когда пребываешь в состоянии зомби, радоваться чему-либо вообще сложно. Удивляться тоже как-то не получается, так что оклик Кракозябра, который застал меня практически на пороге, был воспринят совершенно ровно.

– Даша! Каст просит тебя временно пересесть за столик к Дорсу.

– Ага, – сонно пробормотала я. – А почему?

– Вы с Кастом вроде как расстались, – пояснил кшерианец. – И, по этому поводу, немного друг другу опротивели.

– А… – понятливо протянула я и, кивнув, поплелась дальше.

В столовую шла быстро, но сильно зевая. А переступая порог наполненного гомоном и ароматами еды зала, мечтала только об одном – о кофе! Местный аналог этого земного напитка удовольствия мне, честно говоря, не доставлял, но сейчас был желаннее всего на свете.

Набрав поднос, я было шагнула к столику, за которым сидела всегда. Но тут же в сонном сознании всплыли слова Зябы, и я поплелась дальше, к «синим».

Дорс и его компания встретили бодрыми улыбками, и вообще обрадовались. Я же села за столик и сразу присосалась к кружке с заветным напитком. И чуть не поперхнулась, услышав наигранно-печальное:

– Как ты могла! Нет, ну как ты могла его бросить…

– Кого? – спросила я недоумённо.

Ответом мне была красноречивая гримаса Дорса, мол – Дашка, у тебя склероз?

Вот после этого я сообразила, о ком речь, и осторожно скосила глаза, дабы увидеть Каста.

Ну что тут сказать? Король нашего факультета… страдал. Нет, даже не так. Он – Страдал! Причём до того натурально, будто вокруг не товарищи по учёбе, а номинационная комиссия «Оскара».

Впрочем, чего это я удивляюсь? Пижон уже доказал свои таланты в области актёрского мастерства. Так что мне оставалось лишь закатить глаза, выражая отношение к сему действу, и вернуться к кружке с «кофе».

Тот факт, что студиозусы косятся, причём многие глядят с нескрываемым осуждением, меня не взволновал – слишком хотелось спать.

Вот и хмурый взгляд Эмиля фон Глуна, который вёл первую лекцию, ничуточки меня не впечатлил. Умом понимала, что вчерашняя угроза – не шутка, и мне следует хотя бы понервничать на этот счёт, но… не могла. Адский недосып был сильнее.

По-настоящему проснулась я лишь к обеду. А вновь оказавшись в столовой, за столиком «синих», вспомнила кое-что, и решила прояснить вопрос…

– Дорс, а кто такой Радер Первый? И где я могла слышать это имя?

Но ответил мне не король, слово взяла Тауза.

– Один из самых выдающихся деятелей прошлого, – пояснила девушка. – Ты могла слышать о нём на политологии – именно Радер разработал свод общих законов, которыми руководствуются королевства конфедерации.

– А ещё он был выдающимся магом и страстным исследователем, – сказал Дорс.

– И чем же он «выдался»? – полюбопытствовала я.

Слово опять взяла Тауза.

– О достижениях Радера толком никто не знает. Доподлинно известен только один эпизод, собственно именно за него Радер получил своё звание. Он совершил невероятное. Ему удалось перенести стационарный межмирный портал из долины трёх рек в этот замок.

Эм… Да, про это я слышала. Вот только…

– Что в этом такого особенного? – Нет, мне в самом деле непонятно.

– Радер единственный, кому это удалось, – охотно пояснила водница. – Попытки остальных закончились провалом.

Я удивлённо заломила бровь, а девушка продолжила:

– Все остальные межмирные порталы стоят там, где были установлены изначально. Во многом именно они определили расположение наших городов и резиденций магов. Когда-то взаимодействие с другими мирами было более плотным, и наличие портала было важно, именно поэтому так случилось.

Информация была не принципиально, но всё-таки новой. И довольно занятной!

– А откуда вы всё это знаете?

– Тауза когда-то писала реферат по межмирным порталам, – пояснил Луир. – Вот мы и поинтересовались.

Девушка недовольно фыркнула.

– Что не так? – полюбопытствовала я.

– Да всё, – ответила водница. – Такая неудачная тема. В свободном доступе информации с горошину, а профессор Осита упёрлась, мол – как хочешь, а напиши. Разозлилась она на меня, понимаешь?  И если бы не лорд Глун…

– А причём тут Глун? – невежливо перебила я.

Тауза подарила страдальческий взгляд.

– Я нашла заметку о порталах за его авторством, и решилась попросить помощи. Он, конечно, маг Огня, но тут вопрос-то не в магии, а в истории… Глун помог – дал несколько старых книг, и указал где искать. Благодаря этому я реферат и написала.

– А потом мы наводили справки, – снова встрял Луир. – И оказалось, что Глун крупнейший специалист по межмирным порталам. Но это неудивительно, он же один из немногих, кто может этими порталами пользоваться. Было бы странно, если бы он не разбирался.

Всё. Картинка окончательно сложилась, подозрения подтвердились, и я чуть не застонала в голос.

Теперь понятно, почему один из сильнейших магов конфедерации сидит в глуши, в какой-то замшелой академии. Тут единственный портал, который смогли перенести на новое место! Совершенно очевидно, что Глун вычислил метод Радера и собирается…

О чёрт! Он реально сумасшедший!

К счастью, бурной моя реакция была лишь в мыслях, для сотрапезников я оставалась слегка удивлённой и только. И скоро разговор свернул на другую, совершенно нейтральную и не слишком интересную мне тему.

Теперь водники говорили о новых мантиях, которые им обещались выдать уже сегодня. При этом, разумеется, всплыл вопрос лишения всех студентов факультета Огня месячной стипендии, и настроение за столом стало очень радужным. Водники даже меня на этот счёт поддеть пытались, но я не повелась.

Просто… не до мантий мне сейчас.




У меня почти шок. А ещё дополнительное занятие с Глуном, которое, безусловно, выльется в предельно серьёзный разговор.

Мне нужно знать подробности побега – это раз. Я должна убедить Эмиля не совершать глупостей – это два. Ну а в-третьих, хорошо бы объяснить норрийцу, что девочка я разумная, и бросать меня в конфедерации нельзя. Но последнее только в том случае, если он припомнит вчерашнее и снова засомневается.

 

К лекционной аудитории, где должно было состояться дополнительное занятие теорией, я подошла в самом решительном настроении. Уверенно и хмуро распахнула дверь, переступила порог, и тут же услышала:

– Теории сегодня не будет, Дарья. Только практика. – С этими словами Эмиль, стоявший подле преподавательского стола, кивнул на дверь, которую я даже закрыть не успела, и добавил ровно: – Пойдём.

Желания поспорить не возникло. Собственно, лично мне вообще без разницы, чем заниматься будем, главное, чтобы наш синеглазый декан от разговора не увильнул. Поэтому я натянуто улыбнулась и развернулась, чтобы тут же направиться в тренировочный зал.

Звонок уже прозвенел, коридоры Академии Стихий были пусты. В итоге мы добрались до зала с зеркалами гораздо быстрее обычного.

Шли молча. Я впереди, а Глун на расстоянии нескольких шагов. Я слышала стук его сапог и мысленно проговаривала вопросы, которые хочу задать, а так же аргументы, кои намереваюсь привести. Вот только возможности открыть рот мне не дали…

Как только мы переступили порог памятного зала, Глун указал на скамейку и скомандовал:

– Раздевайся! – И тон был таким, что возразить лишь самоубийца решится.

Мне жить по-прежнему хотелось, поэтому я шумно вздохнула и подчинилась. В конце концов, занятие только началось и времени ещё вагон. И вообще, это даже лучше – сперва потренируемся, Глун в процессе поорёт на меня, выпустит пар, а вот когда станет поспокойнее, я и выскажусь.

Идея показалась не просто здравой, а прямо-таки отличной, а на губах сама собой расцвела улыбка.

– Начнём с базиса, – попытался испортить настроение Эмиль. – И давай, пошевеливайся.

Угу. С удовольствием лорд «фон Штирлиц».

Я привычно поставила сумку на скамью, избавилась от мантии. Оставшись в свободных джинсах, футболке и балетках, гордо прошествовала к середине зала, и остановилась лицом к зеркалу.

– Базовый боевой пульсар! – скомандовала злючка синеглазая.

А я… на миг прикрыла глаза, вызвала огонь, и, не раздумывая, швырнула пульсар в зеркало. Собственно, самая обычная, самая банальная последовательность действий при тренировке. Зато дальше… всё было не так.

Звон! Яркий, невероятный, оглушительный! И огромное составное зеркало красиво осыпается на пол миллиардом осколков. От зеркальной стены остаётся лишь крошечный кусок в углу. Я застываю в изумлении, с ужасом понимая – за размышлениями о Глуне, совершенно забыла о вчерашней вылазке в храм и последствиях, которые она должна была возыметь. Хуже того – у меня и тени мысли не возникло!

Осторожно повернув голову, я пронаблюдала ожидаемую, в общем-то, картину. Лорд Эмиль фон Глун стоял там же, в той же позе, с тем же выражением лица. Так, будто ничегошеньки не случилось, словно я каждый божий день пробиваю сильнейшую защиту, установленную на аудитории, и уничтожаю зеркала.

Бли-ин!

– И как это понимать? – спросил брюнет тихо.

Я медленно пожала плечами. Потом всё-таки не выдержала и закусила губу, в надежде сдержать подкативший к горлу нервный смешок.

Чёрт! Это ж надо было так нарваться!

– Та-ак… – шумно выдохнув, протянул декан. – Дарья, и всё-таки… где вы вчера были, а?

Эмиль взял след, и отступать не собирался – я читала это в его глазах. А какое-то глубинное чувство, очень похожее на инстинкт самосохранения, подсказывало – врать нельзя, иначе меня попросту придушат.

Именно поэтому я призналась:

– Мы с Кастом прошли ритуал братания.

Норриец… устало прикрыл глаза. А ещё через мгновение Глун развернулся и неспешно направился к скамейке, дабы сесть, поставить локти на колени, сплести пальцы в замок и опустить голову.

– Даша, скажи честно, ты издеваешься? – тихо, на грани шепота, спросил он. Смотрел при этом не на меня, а на каменные плиты пола. – Или это какой-то особенный, присущий лишь землянам талант? Почему остальные студенты могут жить спокойно, а ты через день во что-нибудь влипаешь? Почему, Даша? Объясни.

В интонациях лорда декана было столько искренности, столько усталости, но я не прониклась. Я по-прежнему кусала губы, в надежде убить подкатывающий к горлу нервный смех и вообще успокоиться.

– Понятно, – явно отчаявшись дождаться ответа, сказал Глун. – Значит, всё-таки издеваешься.

– Эмиль, вы…

Норриец оборвал меня жестом и тут же поднялся. Теперь он был прежним – гордым, строгим, и слегка, но всё-таки ядовитым.

– А Кастиул альт Рокан предупредил тебя о последствиях столь резкого увеличения силы? – надменно спросил Глун. – Он объяснил, с чем придётся столкнуться?

Смеяться расхотелось в момент – я застыла и недоумённо вытаращилась на норрийца.

– Хм… Я так и думал, – процедил тот. – Что ж, Дарья, слушай. Слушай и запоминай!

Последнее прозвучало как угроза, и я слегка вздрогнула, а Глун сложил руки на могучей груди и действительно рассказал.

– Контроль, Дарья. Вместе с магией нам даётся способность контролировать свою силу. Эти два явления находятся в жесткой связке и должны развиваться параллельно, в противном случае магия становится неуправляемой. Угадай, к чему это может привести?

Я нервно сглотнула. Блин! Да что тут угадывать – и так понятно, что ни к чему хорошему. А ещё я догадываюсь, почему рыжий мне не сказал – просто у него самого запредельный уровень силы, и он привык. Думаю, ему даже в голову не пришло, что в моём случае что-то может быть не так. В том, что касается Дорса, ситуация, как понимаю, такая же. А Лерра, видимо, попросту протупила.

Но от этого совсем не легче! И как мне теперь быть? Что делать?

– Занятия по боевой магии с сегодняшнего дня отменяются, – вынес вердикт Глун. – Ближайшие несколько месяцев будешь заниматься медитацией и только ей.

Я не выдержала, застонала. Просто медитация – это невероятно скучно. Прямо-таки убийственно!

– И чтобы никакой самодеятельности, – припечатал Эмиль мстительно. – Ни капли магии вне стен тренировочного зала.

Момент был, безусловно, серьёзным, а реплики декана ответа не предполагали. Но я снова не выдержала, снова застонала. А Глун… он на рык сорвался.

– И никаких авантюр! Пока не покоришь свой огонь, ты не только для окружающих, ты и для самой себя опасна! Поняла?

Блин! Да что за невезуха-то!

Но всё оказалось ещё хуже, чем думалось. Ибо вместо предложения немедленно приступить к медитации, приближая тот миг, когда смогу нормально пользоваться магической силой, я услышала:

– На сегодня всё. Свободна!

С этими словами Эмиль подхватил красный комок своей мантии и решительно направился к выходу. Злющий, как все черти Ада, и холодный, словно арктический лёд.

– Лорд Глун! – взмолилась я.

– Что ещё? – рыкнул брюнет, оборачиваясь.

«Что ещё»? Если честно, хочется приступить к медитации, но ведь во время медитации возможны непроизвольные выбросы силы, а защита в этой аудитории, как понимаю, уже того, кончилась. Да и одна медитацией я никогда не занималась, за мной присмотр нужен. То есть мне нужно, чтобы Эмиль проводил в другой зал и… остался.

Но совершенно понятно, что продолжать занятие он не намерен, и раз так, всплывает другой момент – нам нужно обсудить побег. Увы, но откладывать это обсуждение, даже несмотря на прескверное настроение норрийца, я не могу.

– Вы только скажите, когда мы уходим в империю, – понизив голос, попросила я.

Удивительно, но он ответил, причём сразу:

– Скоро, Дарья.

А поймав мой удивлённый взгляд, пояснил:

– Нам нужно решить вопрос с переселением кшерианца, плюс, я должен закончить кое-какие свои дела. Думаю, на всё уйдёт порядка двух недель, не больше. В любом случае, задерживаться здесь дольше необходимого, я не намерен.

«Кое-какие дела»? Чёрт. Лорд Глун, не надо…

– Не надо, – повторила уже вслух. – Эмиль, я вас умоляю…

Норриец по-прежнему был живым воплощением гордости и арктических льдов, и тем красивее выглядели удивлённо приподнятые брови. Впрочем, уверенности в том, что он действительно не понял, о чём говорю, у меня не было. Ведь Эмиль сам меня, в числе остальных, в зал с межмирным порталом водил!

Но я, в отличие от него, играть в намёки не собиралась. Вздохнув поглубже, сказала прямо:

– Эмиль, я поняла ваши намерения. И я вас действительно умоляю – не надо. Мы не выберемся из конфедерации с таким грузом.

– С каким грузом? – Нахмурился норриец.

– С порталом, – пояснила я. И поспешила добавить: – Эмиль, я не сомневаюсь, что вы очень сильный маг и вам многое по плечу, но воровать эту каменную глыбу – перебор. Нас засекут раньше, чем…

Договорить я не смогла. Просто на лице Эмиля отразился глубочайший шок, а спустя минуту, которая потребовалась для осознания, мужчина расхохотался. И самым ужасным было то, что Глун веселился искренне!

За свою жизнь я не раз чувствовал себя дурой – ну а с кем не бывает? Но сейчас я была кем-то «сверх»! Дурой… ну даже не в квадрате, а в какой-то особенной, миллионной степени. А самое жуткое – находясь под действием своих эмоций, я не могла говорить. Поэтому, когда шпион норрийский открыл дверь и вышел из тренировочного зала, даже мяукнуть не сумела.

Чёрт. Это же надо было так ошибиться. Это же надо было так… лохануться!

Но это было ещё не всё… На чердаке поджидало отличное продолжение этого сомнительного «банкета».

Зяба! Мерзкий призрак, несмотря на убойную занятость, при нашем разговоре присутствовал – осколка зеркала для шпионской миссии, к сожалению, хватило. Так вот, Зяба тоже ухохатывался, причём так, что казалось, он вот-вот выпадет из своего зазеркалья в нормальный мир.

– Украсть портал! – стонал он. – Нет, ну ты придумала! Украсть… Портал!.. У-ха-ха!

И если в случае с Глуном я испытывала смущение вперемешку с досадой, то тут откровенно обиделась.

Единственным, кто отнёсся ко мне с пониманием, был Кузьма.

– Ты оши-иблась? – глядя своими огромными, невероятными глазами, спросил «котик». И добавил со вздохом: – Быва-а-ает.

Угу. Именно, что бывает. Но блин, как же обидно! Действительно обидно!

Остаток дня и весь вечер мы с Кузьмой провели сидя на полу, за диваном. Я искренне дулась и обзывала Зябу и Эмиля сволочами, а твир сидел рядом и понимающе вздыхал.

В какой-то момент мой ласковый «котик» не выдержал и исчез в пространственном кармане, чтобы вернуться через минуту с пачкой мини-батончиков.

С шоколадками грустить стало не намного, но веселей. А потом была пачка печенья, и ещё что-то…

Ладно, вкусностей было много. Кажется, мы всю Кузину заначку опустошили. И пусть со стороны это выглядело ужасно глупо, но из-за дивана вышли лишь тогда, когда стемнело.

Твир сразу же запрыгнул на кровать, непрозрачно намекая, чем именно нам с ним стоит заняться после плотного сладкого перекуса, благодаря которому я не соизволила пойти на ужин. Я же подумала, и кивнула.

Но сначала душ! Затем мытьё и аккуратная сушка волос магией – плевать на запреты, такой мизер, как бытовые заклинания, я проконтролировать способна. Затем была встреча с пижамными кружевными шортиками и короткой сорочкой из чёрного шелка. И только убедившись, что выгляжу на все сто процентов, я забралась под одеяло и… не сразу, но всё-таки провалилась во тьму.

Стыдно признаться, но несмотря на то, что случилось в тренировочном зале, а так же недавнее разоблачение, которое, безусловно, любые фантазии отметало, я очень ждала Глуна. Понимала, что он не придёт, но…

И тем сильней было моё удивление! И тем невероятнее был тот факт, что в какой-то момент бессмысленные образы развеялись, и я распознала в нависающем надо мной мужчине его – Эмиля лже Глуна, шпиона Норрийской империи, декана факультета Огня и… редкостного гада по совместительству.

 

Следующая глава —>

Мы ВКонтакте
Разное