Новинки книг

Маша — звезда наша 2. Глава 2

Глава 2

 

К моменту, когда Ниран добрался до нашего стола, я почти сумела взять себя в руки. Даже губы в улыбке растянула, но точно знаю – улыбка выглядела жалко. Просто это явление преподавательского состава взорвало мозг и полностью выбило из колеи. Где мой сексуальный ректор с грешными глазами? Ну или хотя бы куратор курса? Ну хоть кто!

– Мари? – скрипуче позвал Ниран, и я не сразу сообразила, что обращаются ко мне. – Как вы себя чувствуете? Как ваша голова?

Потребовалось несколько секунд, чтобы собраться и проявить вежливость…

– Здрасти, – пробормотала я.

Потом сглотнула и таки ответила на вопрос:

– Так себе. Бывало и лучше.

Ниран недоумённо заломил бесцветную бровь и перевёл взгляд сперва на Хуго, затем на Базилию.

Оборотень промолчал, многозначительно почесав затылок, а вот соседка пояснила:

– Мари всё забыла.

– Всё? – переспросил лорд.

Я поспешно кивнула, лекарь шумно вздохнул, а интуиция буквально заверещала: Машка, ври! И обаяние на полную катушку включай, иначе тебя точно в какой-нибудь лазарет упрячут!

В лазарет не хотелось, так что к совету я прислушалась. Улыбка сразу стала шире, взгляд наивнее, а голос нежней.

– Всё, – подтвердила уже вслух. – Но голова не кружится, реакции нормальные, тошноты нет. То есть в плане физического здоровья чувствую себя прекрасно.

И прежде, чем Ниран успел как-либо отреагировать:

– Да и в остальном всё хорошо, только отсутствие воспоминаний… – вот теперь я подпустила в голос невинности, – немного пугает. Базилия предлагала сразу отправиться к лекарю, но я посчитала, что погружение в привычную среду гораздо лучше. – И уже с чувством: – Это точно поможет!

Декан факультета целительства подарил озадаченный взгляд, а потом подумал и кивнул.

– К сожалению, ваша амнезия спровоцирована механическим повреждением, – сказал он. – Если бы причиной являлась магия, проблем бы не возникло, а так…

Лорд развёл руками, выдержал паузу и резюмировал:

– Хорошо, Мари. Давайте попробуем. Я предупрежу коллег о вашей проблеме, чтобы ситуация не отразилась на оценках. А если память в ближайшее время не восстановится, будем пробовать что-нибудь другое.

Я от этих слов буквально засияла. А как иначе? Ведь по всему выходит, что алиби у меня идеальное!

То есть всё хорошо, превосходно, супер-пупер! Мой заказ выполнен, а мир, в который попала…

Увы, но здесь я запнулась. Просто взгляд непроизвольно вернулся к компашке одетых в чёрное стариков, которые как раз за один из ближайших столов садились, и уровень энтузиазма резко понизился.

Блин. Вот как же так? Почему? Что за…

Впрочем, а может я рано паникую? Может, никакой проблемы нет и всё гораздо проще?

Догадка была внезапной и почти гениальной. Она моментально воскресила умирающий энтузиазм, а меня заставила подскочить с лавки и, обогнув застывшего Нирана, направиться к «ректорскому» столу.

Шла я без халтуры – модельной походкой, красиво покачивая бёдрами. Ну а добравшись до цели, застыла, чтобы вглядеться в морщинистые лица, и…

– О, нет, – тихонько простонала я.

С момента озарения и до этой самой секунды я свято верила, что померещилось. Что с ректором и деканами всё отлично, и проблема не в них, а в моей голове.

Что падение, которым амнезию прикрываю, в самом деле что-то в мозгах подвинуло. Даже с учётом того, что я как бы и не падала, такой вариант был гораздо логичнее. Ибо он, в отличие от стариканов, чудесно вписывался в канон!

Но…

– Кхм-кхм-кхм, – сообщил кто-то из сухофруктов, и я вздрогнула.

Лишь теперь обратила внимание на тот факт, что сидящие за столом преподы дружно припухли и оказались на грани потери вставных челюстей.

Только посочувствовать им не смогла, более того – едва не разрыдалась! А ближайший из дедушек, этакий Хоттабыч с жидкой длинной бородой и впалыми глазами, внезапно отмер.

– Мари? – шокировано спросил он.

Я не ответила, а дедок…

– Мари, – повторил, вставая.

И тут меня окончательно накрыло. Просто я уловила очень чёткий, прямо-таки осязаемый запах нафталина.

А-а-а! За что?

Инстинктивно отскочив от стола, я опять замерла. Надежда на каноничную любовь с загадочным взрослым мужчиной окончательно завяла, а мозг, наоборот, зашевелился.

Мария, не тормози! – строго рыкнул он. – И скажи что-нибудь. Обоснуй, зачем к уважаемым лордам подошла!

Очень хотелось огрызнуться. Ответить: от обоснуя слышу! Но… Мозг был прав, а я выглядела настоящей дурой. Мысли заметались в панике… Зачем я здесь? Для чего? А-а…

Взгляд скользнул по столу, и я сообразила. С трудом, но всё-таки растянула губы в улыбке, а потом произнесла:

– Приятного вам аппетита.

– Что? – Реплика принадлежала изумлённому безбородому дедку с длинными, забранными в хвост волосами – тому самому, которого Базилия назвала ректором.

Но я, опять-таки, не ответила. Подарив ещё одну улыбку, развернулась и поспешила прочь.

Всё, отстрелялась. И обоснование неплохое придумала. Вначале, конечно, чуточку опозорилась, зато теперь… Была дура, а стала – странноватая вежливая девочка. Это, как ни крути, лучше. Старички вежливость уважают!

В столовой стало совсем уж тихо, но я внимания не обратила. Просто вернулась на место, села на лавку и, придвинув к себе плошку с недоеденным салатом, продолжила завтрак.

Глядя на всё это, лорд Ниран печально вздохнул и устало покачал головой.

– Ещё и расстройство поведения, – вынес вердикт он.

Спорить с местным светилом я, конечно, не стала. Да и о чём? Ведь действительно расстройство, причём сплошное.

Но, с другой стороны, количество студенток, закрутивших роман с ректором, в фэнтези буквально зашкаливает, и раз так… Может этот нафталин к лучшему? Может меня ждёт кто-то поинтереснее, чем очередной лорд?

Повинуясь этой мысли, я отвлеклась от салата и взглянула на Хуго. Глаза оборотня вновь напоминали блюдца, однако выглядело вполне красиво, прям как в мультиках-аниме.

Базилия тоже таращилась и, едва декан факультета целительства нас покинул, именно она прошептала:

– Ты что творишь?!

Пришлось выдохнуть и успокоиться. В конце концов, наличие союзницы и информатора сейчас важнее, чем что-либо. Да и Хуго отпугивать не хочется. Нет, к реальным отношениям с оборотнем я пока не готова, но раз уж мироздание наградило меня парнем, пусть будет.

Ещё один выдох, глоток кофе, и я окончательно угомонилась. Более того, улыбнулась и сообщила изумлённой парочке:

– Всё, больше не творю. Веду себя очень прилично!

Базилия глянула недоверчиво, Хуго озадаченно почесал затылок, но, в конце концов, оба кивнули. А я совсем расслабилась и опять вернулась к многострадальному завтраку. В этот раз отвлекаться не собиралась. Твёрдо намеревалась доесть.

 

Знакомство с местным образованием началось с самого банального и неинтересного предмета – с истории магии. Я даже немного расстроилась, когда узнала, на какую именно лекцию белокурая Базилия меня привела.

Ещё одним поводом для жалобной рожицы стал преподаватель… Профессор Тьюбье был столь же «молод», как и виденные в столовой лорды. А ещё он кряхтел, картавил и одновременно заикался, что делало лекцию поистине невыносимой.

В итоге, даты и имена исторических личностей прошли мимо, но кое-какие полезные сведения из этого занятия я всё-таки вынесла. Например, я узнала, что сейчас самое начало учебного года – с момента старта занятий всего пара недель прошла.

Плюс, в аудитории были огромные окна, и я получила возможность увидеть примыкающий к зданию академии парк. Там, снаружи, ещё царило лето – зелёные листочки, изумрудная травка, яркое солнышко, и прочие прелести.

Третьим относительно важным моментом была возможность слиться в экстазе с коллективом. В смысле, посидеть за партой вместе со всем нашим курсом.

Ориентируясь по цвету мантий, я смогла насчитать около дюжины факультетов, а ещё подметила, что пурпурное носят только девчонки.

Энтузиазма данное открытие не вызвало и подвело к вопросу:

– А парни любовной магии не обучаются? – шёпотом обратилась к Базилии я.

Соседка и… ну всё-таки подруга, отрицательно качнула головой, потом тем же шёпотом сказала:

– Это исключительно женская профессия. У мужчин дара к любовной магии не бывает.

– Никогда-никогда? – уточнила я удивлённо.

– Настолько редко, что считай нет.

Я подумала и поняла – логично. Мужчины, в подавляющем большинстве, слишком примитивны, чтобы хоть что-то в настоящей любви понимать.

Взять того же Хуго. Ведь знал, что я упала и получила травму, и как при этом поступил? Подлетел и засосал! Ещё и обиделся, что по рогам ему настучала.

Увы, но пример типичен. У большинства парней, взгляды на любовь именно такие. И я даже думать не хочу что случится, если доверить им приворотно-отворотные зелья!

Кстати, о Хуго – оборотня в данной аудитории не сидело. «Мой парень» учился на курс старше, на факультете ветеринарной магии. Судя по тем же мантиям, этот факультет предпочитали почти все представители данной расы. Как позже выяснилось, это было связано с направленностью их магического дара.

Воспоминание о Хуго невольно привело к мысли о том, что мы как бы встречаемся. Хриплый голос, прямо-таки пронизанный сексуальными нотками, разворот плеч и этакая поистине звериная мощь тоже в памяти вспыли, но… Кроме закономерных мурашек, побежавших по коже, я ощутила чувство тоски, и с небольшим запозданием сообразила, что тоска связанна с предыдущим приключением. В том числе, с небритой ехидной. С Алексом.

Мы с Волковым ничего друг другу не обещали, да и отношений, как таковых, у нас не было. Плюс, предыдущий мир оказался далёк от эталонов романтического фэнтези – следовательно, я никому ничего не должна!

Тем не менее, желания радостно броситься на шею к желтоглазому Хуго не возникало, и после нескольких минут углублённого самоанализа, я всё же сообразила в чём прикол.

Просто я поумнела. Сделала выводы. Учла предыдущие косяки!

Ведь в прошлый раз было что? Я, как последняя глупышка, запала на первого встречного вождя. Даже не попросила огласить весь список! И к чему это привело?

Ну и ещё один момент: романтическое фэнтези – это не только любовь, но и флирт, симпатии, буря чувств, треугольники и прочие геометрические фигуры. Если сделать выбор вот прямо сейчас, я лишу себя всех этих чудес!

А лишаться не хотелось. Более того, после мира Степи мне точно полагалась компенсация, и раз так…

Я выдохнула и, окончательно позабыв про профессора Тьюбье, принялась разглядывать сокурсников. А что? А вдруг мой герой найдётся прямо здесь?

И он действительно нашелся. Сидел на соседнем ряду, вполоборота, и лекцию по истории магии точно не слушал. Вместо этого, герой взирал на меня и… да, улыбался.

Его фиалковые глаза поразили в самое сердце. Идеальные черты лица, статная фигура и длинные пепельные волосы тоже определённую лепту внесли. Желтая мантия добавила образу солнечности, но самым интересным элементом являлись, разумеется, уши. Невероятные. Красивые. Острые!

В общем, да – на меня таращился эльф. Я сперва усомнилась и, повинуясь природной скромности, подумала, что он просто так, без какой-либо причины взирает. Но когда сокурсник подмигнул, сомнения развеялись. Мне, безусловно, симпатизировали! Та-ак…

Я просияла и невольно подалась вперёд, однако в следующую секунду удостоилась болезненного тычка локтем в бок и строгого:

– Мари! Лекция!

Пришлось угомониться и даже отвернуться от остроухого милашки. Потом, выгадав момент, наклониться к Базилии и спросить:

– Тот эльф в желтой мантии… Как его зовут?

– Ататриэль, – буркнула соседка.

– Как-как? – прошептала не слишком привычная к эльфийским именам я.

Базилия, конечно, повторила. Затем вновь пришикнула и, указав на занудного лектора, сказала:

– Лучше не отвлекайся. Тьюбье, конечно, тюфяк, но он ещё и ужасный ябеда. Накатает жалобу на имя лорда ректора, и всё.

– Что «всё»? Отчислят? – не постеснялась уточнить я.

– Это вряд ли. Но на какие-нибудь мерзкие исправительные работы точно отправят. – И после паузы: – Лорд ректор может показаться добрым, но в действительности он тот ещё упырь. И характер у него… – Базилию заметно передёрнуло, – гадостный.

Сразу вспомнился мой сегодняшний выход, но страшно не стало. И вообще, ректору положено быть упырём – это канон!

Однако нарываться всё-таки не хотелось. Будь глава академии на несколько десятилетий моложе, я бы ещё подумала, а так… Шумно вздохнула и, запретив себе коситься на эльфа, принялась делать вид, будто внемлю лектору.

Зато, когда случился перерыв…

– Привет, – подсаживаясь на нашу лавку, сказал обладатель глаз и ушей.

В его голосе прозвучали нотки, достойные искусного пикапера, и я непроизвольно улыбнулась. Хлопнула ресницами, вздохнула, а эльф…

– Слышал, ты вчера упала и ударилась? Как твоя голова? Болит?

Хм… То есть про амнезию остроухий не знает?

Момент вызвал закономерное удивление, но спросить я не успела.

– Ататриэль, оставь свои уловки для кого-нибудь другого, – вмешалась в разговор Базилия. Причём ответила весьма агрессивно.

Парень осуждающе прищурил свои фиалковые глаза и точно хотел мою подругу проигнорировать, но…

– Думаешь, если у Мари амнезия, то тебе всё простят? – добавила Базилия.

Я слегка растерялась и повернулась, чтобы подарить соседке вопросительный взгляд. А та пояснила:

– Ты встречалась с этим хлыщом, когда училась на первом курсе. Он тебе изменял!

Ах вот как…

Я вновь развернулась, дабы уставиться уже на эльфа. От прежней восторженности не осталось и следа, флёр очарования резко исчез. Вопль «Клевета!» в исполнении сокурсника тоже не впечатлил. Я даже хотела сказать пикаперу недобитому несколько крепких слов, но не успела.

– В светлом лесу научились пришивать оторванные головы? – пробасили рядом. – Надо же, а мы не в курсе.

Эльф, нужно отдать ему должное, не вздрогнул. Медленно, с достоинством перевёл взгляд на подступивших к нашему столу оборотней и презрительно скривил губы. Косматые парни, в количестве шести штук, реакцией не прониклись. Синхронно сложили руки на груди и оскалились, демонстрируя небольшие, но точно опасные клыки.

Это было красиво! Настолько, что захотелось подпереть щёку кулаком и томно вздохнуть. И я своим желаниям поддалась – ну то есть подпёрла и вздохнула. А морда эльфийская парировала злобно:

– А не пошли бы вы?

– О-о-о… – с наигранным удивлением протянул тот из оборотней, что стоял ближе.

Но эльф реально не боялся. Более того, он собирался вступить в драку!

Правда, зацепилась я за другое, и тут же обратилась к главному информатору.

– Они всегда мою честь блюдут, или только в случае этого… как его… Ататриэля?

– Всегда, – с тяжким вздохом сообщила соседка.

Информация вызвала смешанные чувства. С одной стороны, стало дико приятно – как же, такая забота! А с другой…

– Мальчики, спасибо большое, но я сама разберусь, – сказала примиряюще. А когда стало ясно, что намёков оборотни не понимают, добавила с нажимом и громче: – Спасибо, говорю. Свободны!

Косматые опять-таки не шелохнулись. Даже взглядом меня не удостоили! Все шестеро, как и полминуты назад, стояли, сложив ручища на груди, и дружно сверлили глазами эльфа.

Одетый в желтую мантию пикапер отвечал тем же, как бы намекая, что чувство самосохранения у него отсутствует, но смысл в другом.

– Они человеческий язык не понимают? – вновь обратилась к блондинке я.

Базилия покачала головой и выдала… ну, собственно, ожидаемое:

– Всё понимают. Просто слушаются только Хуго.

М-да. Попадос.

Я окинула шестёрку косматых сокурсников взглядом и погрустнела. А как же мои головокружительные романы? Крышесносный флирт? Многочисленные околоэротические приключения, в конце-то концов?

Бычьи шеи и заметные даже под мантиями рельефы мышц намекали – никак. От этого совсем кисло стало. Настолько, что захотелось подняться и проделать с шестёркой всё то, что сделала сегодня утром с их вожаком, но…

Нет, привлекать лишнее внимание к своей скромной персоне не стоило, поэтому я повернулась и с надеждой уставилась на остроухого. Ну же, давай. Объясни им, что жизнь – зебра, и покажи, где у этой зебры хвост!

Эльф моего исполненного надежды взгляда не видел, но, судя по всему, в самом деле намеревался накостылять. При этом появилась твёрдая уверенность, что Ататриэль действительно может. В смысле, у него правда есть шанс завалить всех шестерых.

Только драка не состоялась – в ситуацию вмешался звонок. А профессор Тьюбье, возвратившийся за кафедру, прокашлялся настолько выразительно, что стало совершенно ясно – ещё чуть-чуть и всем капец.

В итоге, Ататриэль пересел на прежнее место. Пронаблюдавшие сей манёвр, оборотни тоже угомонились, вернулись на облюбованную ими «галёрку».

Но на этом история не закончилась. Спустя пять минут, пользуясь тем, что соплеменники Хуго далеко, эльф записку-самолётик на наш стол зашвырнул.

Сказано в ней было следующее:

 

«Мари! Я тебе не изменял!

Мы расстались потому, что ты была не готова к серьёзным отношениям, и я предоставил тебе временную свободу. Подчёркиваю – временную!»

 

Перечитав послание дважды, я взглянула на эльфа. Тот опять сидел вполоборота, но уже нахохленный, с поджатыми губами. А в фиалковых глазах отражался укор и та-акая тоска… Точь-в-точь как в глазах Ирриара на утро после нашей первой ночи. Да, той самой, после которой я выпалила:

– И не дам!

Кстати…

Я вновь взглянула на записку, потом на Ататриэля, и подумала: а под этими «серьёзными отношениями» не интим ли подразумевается? Ведь ушастый точно не мальчик-одуванчик, и вопрос близкого общения для него точно важен. А я? Каковы мои взгляды на секс?

Повинуясь закономерному любопытству, я вплотную придвинулась к подруге и спросила. Правда, не про эльфа, а про другого, более актуального парня:

– Мы с Хуго… хм… того?

– Чего «того»? – буркнула Базилия, которую происходящая вокруг движуха явно достала.

– Ну, у нас с ним только поцелуи, или… – толсто намекнула я.

Блондинка глянула как на дуру. Сказала самым тихим и возмущённым шёпотом:

– Он оборотень!

– Э-э… И что?

Подруга не выдержала – закатила глаза, чтобы через миг сказать прямо:

– Все оборотни буквально помешаны на постели. Разумеется, между тобой и Хуго есть всё. Причём гораздо чаще, чем позволяют приличия.

Последнюю фразу я не поняла, а по остальному…

Не есть, а было! – захотелось воскликнуть мне, это во-первых. А во-вторых… Всё-таки, в ситуации, когда оказываешься персонажем уже «вписанным» в фэнтезийный мир, есть свои минусы. Вот как сейчас – лично я с Хуго не спала, а получается, что…

Впрочем, нет. Неважно. Всё, что относится к Мари Брехунье – это прошлое, а у меня, у Маши Брехунько, своя тема и собственные правила. И если кто-то помешанный на постели жаждет меня в эту самую постель затащить, ему придётся постараться.

Более того, это в прошлый раз я дала слабину, а теперь буду действовать исключительно по законам жанра! То есть сначала мучения главного героя, потом романтика, затем опять мучения, и вот где-то после этого я, так и быть, подумаю, стоит нам переходить на следующий уровень или нет.

Здравый смысл, услыхав эти рассуждения, радостно потёр ладошки, а либидо наоборот – взвыло и упало в обморок. Глумиться над чужим горем не хотелось, но я не выдержала – показала болезному язык.

Наблюдавшая за происходящим интуиция, осуждающе покачала головой и, переодевшись в форму сестры милосердия, отправилась убеждать либидо, что всё не так страшно. Мол, Маша может говорить что угодно, но…

В общем, кто-то встал на скользкую дорожку «лжи во спасение». Ну-ну, давайте-давайте.

Мы ВКонтакте
Разное